Глава 27

БЛАГОСЛОВЕНИЕ ГЕОРГИЯ ПОБЕДОНОСЦА

Весь Афон полон чудес, с ними встречаешься буквально на каждом шагу. И каждый монастырь имеет что-то особенное, какую-то свою, характерную только для него святыню, через которую Создатель вселенной, изменяя ход естественных законов, положенных Им в основу тварного мира, проявлял и проявляет Свою власть и Свою любовь к любящим Его даже тогда, когда по-отечески наказывает согрешающих.

В болгарском монастыре Зограф, где мы слушали окончание Великого Канона на первой седмице Великого поста, есть поразительная икона Георгия Победоносца — одна из самых почитаемых икон на православном Востоке. Возможно, о ней кто-нибудь из наших читателей уже слышал. Но одно дело — слышать, и совсем другое — увидеть величайшую святыню своими глазами, замерев перед нею в молитвенном созерцании. Благодаря этой иконе и сам монастырь часто называют Георгиевским, поскольку именно с ней связана история его возникновения. Попытаюсь по возможности более точно вспомнить рассказ болгарских братьев.

Во времена правления Византийского императора Льва Мудрого (Х в.) трое из младших сыновей болгарского царя, которые не претендовали на престол, удалились на Афон, приняли постриг и стали жить в отшельничестве. История донесла до наших времен даже их монашеские имена. Царственных отшельников звали: Моисей, Аарон и Иоанн. В густом лесу на пологом склоне широкого ущелья, по дну которого и сегодня весело бежит с гор прозрачный ручей, неподалеку друг от друга братья построили себе по келье и, уединившись, приступили к “умному деланию”. Со временем они расчистили в лесу обширную площадку и построили на ней церковь, надеясь впоследствии собрать здесь иноческую общину и организовать благолепное богослужение с настоящим монашеским пением. Когда же церковь была окончена, строители долго не могли прийти к единому мнению по поводу ее посвящения. Один из братьев предлагал освятить храм в честь Афанасия Афонского, а другой — в честь Божией Матери. Были и другие предложения с обеих сторон, но найти общего языка братьям так и не удалось. (К сожалению, это часто случается даже с сознательно верующими людьми и указывает на глубокую поврежденность наших душ грехом гордыни). И все же выход был найден:

— Знаете, братья, что сделаем? — сказал один из них. — Изготовим большую доску для будущей храмовой иконы, поставим ее в церковь и будем молиться, чтобы Господь Сам указал — в честь кого освящать наш храм. Быть может, Он явит какое-нибудь чудо...

Как решили, так и сделали. Изготовили доску высотой примерно в метр и шириной — сантиметров семьдесят для иконы, на которой будет со временем изображен тот святой, в честь которого, если Бог откроет Свою волю, они назовут церковь. Итак, эту доску оставили в храме…

Как и все афонские монахи, молились братья ночами. Однажды яркий свет внезапно разогнал вязкую ночную тьму в чаще леса вокруг церкви, осветив поляну и деревья вокруг нее. Оба брата заметили этот свет из окон своих келий — и ужаснулись:

— Пожар! Горит наша церковь! Кто-то ее поджег! — И… бегом к поляне. Действительно, ярким светом пылали окна, но ни дыма, ни языков пламени не было видно.

 
Предыдущая страница   @   Оглавление   @   Следующая страница

Rambler's Top100       ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - www.logoSlovo.RU